Ну, ну, можешь не говорить,— сказал Кайрак обиженно и полез в свои сани.— Давай трогай! Что стоишь? — прикрикнул он на Данеша.
— Поезжай, поезжай! Я сейчас же, следом,— очнулся Данеш.
— Следом? Ишь ты! Значит, я должен тебе путь расчищать? Так, что ли, выходит?
— Ладно, ладно, первым поеду я,— немного смутился Данеш и добавил, стараясь закончить шуткой этот спор: — Ты еще заведешь и себя, и меня куда-нибудь на обрыв! А, по-о-ошли, коняшки!
Он прыгнул в сани, дернул вожжи, свистнул, щелкнул кнутом с рукоятью из вереска, и пристывшие на холоде кони рванулись с места, рысью вынесли сани на дорогу, словно только и ждали хозяйского сигнала.
Ветер потихоньку смел с дороги не успевший слежаться снег, открыл покрытый старым гололедом путь, гладкий, точно полированная доска. По нему-то и пустил своих коней Данеш.
Кони опушились инеем с головы до хвоста, и оттого не разобрать, кто из них рыжей, а кто темно-гнедой масти. На гривах намерзли сосульки, а мерно вздымающиеся бока темнели одинаковыми пятнами. Копыта коней гулко стучали по наледи, сани скользили легко, и полозья напевали тягучую мелодию, будто кто-то тихонько наигрывал на кобызе.
Дорога то тянулась вверх на холмы, то скатывалась и низины, и сани взлетали, будто стружка на гребнях волн. А по обочине караулили рыхлые, коварные сугробы. Попробуй ступи в сторону от дороги, тотчас увязнешь в белой ловушке. Опытные кони чувствовали это и держались .ша комой и надежной колеи. Они бежали резво, точно .шали, что впереди их ждет корм, точно их нервные ноздри уже ловили далекий аромат сухого сена.
Данеш стоял в санях, прочно расставив крепкие, чуточку кривые ноги. Он оделся полегче, в ватник и стеганые шаровары, чтобы одежда не связывала движения. Данеш свистел, хлопал кнутом по воздуху, и воздух звонко разрывался, словно от выстрелов. Кони прядали ушами и неслись все быстрей и быстрей, и, может, поэтому не сразу его догнал отчаянный вопль Кайрака:
— Э-эй! Дане-е-е-ш!
Данеш придержал коней и, обернувшись встревоженно, увидел, что упряжка Кайрака стоит чуть ли не поперек дороги, что передние ноги лошадей едва не увязли в сугробе, а сам Кайрак стоит перед лошадьми, держа их под уздцы.
Данеш вылез на дорогу и заспешил к напарнику. Кайрак смотрел на него из-за широкого воротника шубы.
— В другой раз, если захочешь избавиться от меня, придумай что-нибудь получше. Вилами только покалечишь коней,— пошутил Кайрак, но глаза его были злыми.
Только сейчас Данеш заметил лежащие посреди дороги вилы. Они выпали из его саней, и, наверное, чудом их острые зубья не угодили под ноги лошадям Кайрака. Данеш виновато почесал затылок — ну что тут скажешь! Но Кайраку, видно, было мало того, что человек обескуражен своей оплошностью.
— Хочешь сказать: случайно?
