Вход всего пятьдесят сантимов!
— Охота выбрасывать деньги на такую мазню! — проворчал кто-то в толпе и сплюнул.— Пусть сначала научится человека рисовать. А то намалюет на полотне какие-то закорючки и подпишет черт знает что.
Агнессе стало не по себе. Неужели художник должен прибегать к таким грубым приемам, чтобы заинтересовать своими картинами?
Вдруг толпа загудела. На перекрестке тележка столкнулась с другим таким же транспортом, на котором, правда, везли не человека, а бидон с молоком, тележку толкала базарная торговка в синем халате. От удара бидон опрокинулся, крышка отскочила, и белая жидкость, булькая, потекла на мостовую.
Женщина набросилась было на незадачливых ездоков, но вскоре притихла, ибо из уст Лункиса посыпались такие отборные ругательства, какие редко можно услышать даже на базаре. Ругань и шум долетели до ушей полицейских, и на место происшествия прибыло трое блюстителей порядка с резиновыми дубинками в руках.
— Господа, прекратите шум! — грозно скомандовал один из них, а другой достал из кармана протокольную книжку и карандаш.
— Ваша фамилия? — спросил полицейский Лункиса.
— А тебе что? — гаркнул художник.
— Я должен составить протокол. Вы нарушили общественное спокойствие.
— Что я нарушил?! — заорал Лункис.— В каком законе сказано, что человек не имеет права ездить на тележке? Пошел ты...
— Успокойтесь! Смотрите, какую вы собрали толпу...
— Разве я их звал? На них и составляйте протокол, пусть не собираются!..
— Кроме того, вы наехали на тележку молочницы,— терпеливо продолжал полицейский.— Владелица, наверное, предъявит вам иск.
— Какое мне дело до ее пойла? — Лункис сплюнул сквозь зубы.— Если бы на нее наскочила машина, то на кого бы вы составили протокол — на хозяина или на шофера?
Агнессу покоробило от всего этого. Вместе с Лилией они пробились через толпу зевак и, пройдя мимо оперы, направились к каналу, за которым стояло серое здание университета, освещенное вечерним солнцем.
Агнесса, желая избавиться от неприятного чувства, предложила Лилии зайти в университет.
Правда, факультет Лилии помещался не здесь, но она охотно пошла с Агнессой.
