— Какое мне дело до того, что в России неурожай? — Густ сразу принял позу нападающего.— Вы вот все пишете да говорите, что Латвия — независимое государство. Какая же это независимость?..
— Подумайте головой, уважаемый господин Дудум! Тогда вы поймете, что Латвия в этом году не может ждать такой помощи от остальных советских республик, как в прошлом и позапрошлом году,— вспылил Озол.
— Мне их помощь не нужна,— резко ответил Густ.
— Едва ли вы обойдетесь без их помощи. Ту же соль, которую употребляете ежедневно, в своей земле вы не выкопаете, копайте хоть до сердцевины земного шара. И как бы вы ни плевались на все, что приходит из Советской страны, свинина без соли все же несъедобна. Обыкновенного гвоздя вы из земли не извлечете, придется обращаться за помощью к другим республикам, уже не говоря о машинах. Те времена, Дудум, когда вы отрывали кусок у трудящихся, прошли. Вам было дано достаточно времени, чтобы подумать. Но еще не видно, чтобы вы это начали делать.— Озол строго посмотрел Густу в лицо, на котором подергивались все мышцы и дрожали светлые усы.
— А если я этого не желаю? — Густ вызывающе посмотрел на Озола.
— Тем хуже для вас. История из-за этого не остановится, она может отбросить вас, как мусор.
— Вы мне угрожаете ссылкой? Тюрьмой? — заволновался Густ.
— Я не угрожаю. Мне незачем угрожать. Угрожают только слабые. Вы думаете, что раз советская власть терпит таких, как вы, то она слаба? Таким наивным вы вовсе не кажетесь. Если мы справились с миллионными армиями фашистов, то такие отдельные фашистики нам вовсе не страшны. Вот как мы смотрим на вас. И требуем от вас лишь одного — вы не должны мешать нашему государству скорее залечивать раны, нанесенные вашими собратьями. Вы, один человек, намерены съесть урожай с тридцати гектаров, а остальные пусть голодают? Городской рабочий пусть с голодным желудком производит товары, необходимые его величеству Густу Последнему? Такова ваша логика. Отвыкайте от мысли, что все делается для вас, а не для трудового народа. Смотрите, как бы вы не попали в лагерь его активных врагов. И тогда трудовой народ будет вынужден столкнуть вас с дороги, как Саркалиса.
