Немедленно надо поговорить, чтобы он еще успел перейти на философский факультет,— решилась Агнесса и, забыв свою новую знакомую, повернулась к Ольгерту.
— Я хочу с тобой поговорить,— тихо сказала она и отошла к окну.
Ольгерт нехотя пошел за ней, сделав скучающее лицо. Зачем Агнессе вздумалось при посторонних заводить интимный разговор? Ольгерт опасался, что наивная девчонка вдруг сболтнет что-нибудь такое, над чем Вернер потом будет смеяться. Агнесса смотрела на милое ей лицо и не могла понять, почему оно стало таким чужим, на нем сейчас словно маска, скрывающая человеческие чувства. Даже глаза Ольгерта и те смотрели на Агнессу и, казалось, не видели ее. А когда-то они умели говорить о любви...
Ольгерт! — хотелось крикнуть ей, но она лишь прошептала его имя.
— Ольгерт, я хочу с тобой поговорить,— с трудом произнесла она.
— Я слушаю тебя,— безразлично ответил Ольгерт, но украдкой кинул взгляд в сторону Верпера и увидел, что тот прощается с Лилией, пожимая ей руку и пристально, многозначительно глядя в глаза.
— Пойдем! — кивнул он Ольгерту и подчеркнуто учтиво поклонился Агнессе.
Ольгерт быстро простился и, не оглядываясь, ушел вместе со своим крестным, которым, по корпорантским обычаям, приходился ему Вернер Лауберт.
Лилия подошла к окну, пунцовая от счастья, и, не замечая, что Агнесса стоит подавленная и униженная, тут же начала рассказывать, как очарователен и остроумен леттон Вернер Лауберт, как блестяще он руководит корпорантскими балами, как дрессирует фуксов, пока не сделает из них настоящих людей.
— Но как ты себя сегодня вела! Мне прямо стыдно за тебя!—закончила она, поморщившись.
— Почему же? — машинально спросила Агнесса.
— Когда я тебя, ты даже не подала Лауберту руку!
- Он не подал,— безразлично ответила Агнесса, нее думая о прекращении Ольгерта и только краем уха улавливая объяснение Лилии, что Лауберт никак не мог подать ей руку, ибо первой это должна сделать дама.
— Какая же я дама? — пожала Агнесса плечами.
Когда Агнесса в девять часов утра вошла в вестибюль университета, у вешалок толпились студенты. Ей пришлось ждать довольно долго: гардеробщик с золотыми нашивками почему-то не замечал ее, хотя все время, учтиво кланяясь, протягивал руки за пальто. Правда, эти пальто были из гораздо лучшей материи и лучшего покроя, чем помятое пальтишко Агнессы. Как на грех, тетка Марта одолжила свой паровой утюг соседке, а электрический оказался испорченным. Лилия, правда, тут же заметила, что это обычно случается, когда нужно погладить какую-нибудь вещь покрупнее, но Агнесса привыкла верить людям и подумала, что Лилия шутит.
