Маленького Вилиса она оставила на попечении тетки. Эльза передала привет от Зенты, она быстро поправляется. Но после тяжелого ранения ей нужен будет длительный отдых. Поэтому Мирдзе придется взять на себя обязанности комсорга волости. Быть может, даже на продолжительное время, Зенте легче будет заведовать Народным домом.
— От Мирдзы в последнее время тоже помощи мало,— заметил Озол без улыбки.— Оставила меня почти что одного,
— Разве молодежные бригады мало сделали этим летом?— возразила Мирдза.
— Работали, никто этого не отрицает, но об идейном воспитании молодежи ты могла бы больше подумать,— упрекнул отец.
— Как? В каждую свободную минуту мы читали газеты, обсуждали прочитанные книги, намечали, какие еще надо прочитать,— защищалась Мирдза.
— Но вот ребята на коннопрокатном пункте занялись пьянством, до этого тебе, разумеется, дела нет! Они, должно быть, живут в другой республике? — Озол сам чувствовал, что его тон становится придирчивым.
— Впервые слышу об этом,— удивилась Мирдза.
— Потому что за версту обходила коннопрокатный пункт. Лучше признайся, ты думала, если отец парторг, то пусть и отвечает за все, что в волости происходит? И за комсомольскую организацию в том числе? — не унимался Озол.
— Папа, я так не думала,— Мирдза с изумлением посмотрела на отца.— Но ты люг мне сказать эго раньше... и по-другому. Возможно, я надеялась на тебя, ждала, что ты подскажешь, на что я должна обратить внимание. Но это, вероятно, я делала несознательно.
— Возможно, возможно,— Озол подавил досаду.— Только ты не можешь себе представить, как это тяжело... одному за все отвечать. Извините меня, уж лучше я пойду спать. Наверное, старею,— он устало улыбнулся и ушел в свою комнату.
— Что с ним произошло? — удивлялась Мирдза, вопросительно глядя на Эльзу.
— Наверно, пережил сегодня что-нибудь неприятное,— предположила Эльза.— Тебе не следует на него обижаться. Каждый ведь только человек. Я помню, каким Вилис иногда приходил домой. В иные вечера с ним нельзя было словом перемолвиться. А на завтра он сердился на себя, что дал разыграться плохому настроению.
— Я ведь не обижаюсь, мне только жаль отца,— сказала Мирдза.— Откровенно говоря, я уже больше не та неугомонная Мирдза, которая в прошлую осень проверяла сарай Ирмы Думннь. Ты помнишь? Теперь я бы над этим призадумалась. И в самом деле, иногда жду, чтобы папа подсказал и посоветовал, что делать.
— А что с ребятами па коннопрокатном пункте? Ты их не знаешь? — спросила Эльза.
— Дело в том, что все они не здешние.
