И нельзя что-нибудь такое придумать, от себя.— И Сатай сокрушенно вздохнул.
Рабига звонко рассмеялась, карие глаза ее заискрились из тулупа.
— Что ты! Математика такая веселая наука! В ней столько интересного! Я ее прямо-таки обожаю. Правда-правда, и наш учитель говорит, что я поеду на олимпиаду юных математиков.
Рабига улыбнулась, показывая ровные белые зубы.
— Конечно, если у тебя хороший учебник и сильный преподаватель, это другое дело,— согласился Сатай.— А нас-то учит старая женщина. Только и знает одно, что ругать. Войдет в класс и сразу начинает: А ну-ка, к доске пойдет такой-то! Сейчас он нам решит одну пустяковую задачку. Ну, идешь к доске, хотя нет у тебя никакой охоты, и начинаешь решать. Чуть ошибешься, она тут как тут: Ничего ты не знаешь. Садись — двойка! Как будто двойка такая уж радость. Потом разозлишься и совсем не хочешь учить, чтобы ей стало обидно.
— Ой, что-то у тебя все плохие. И директор тебе не нравится, и учитель математики...
— Ну почему, у нас есть и хорошие учителя. Вот если бы ты спросила, какой у нас учитель литературы... О-о!.. ты даже не представляешь, какой это добрый человек,— возразил Сатай с достоинством.
— Тпру! Останови! Куда же ты везешь, Сатай? Мне уже слезать. Разве не видишь: развилка,— сказала Рабига смеясь.
Он натянул вожжи, придерживая разошедшегося гнедка.
— Ну и быстро доехали. В самом деле, развилка,— удивился Сатай.
Рабига вылезла из тулупа и легко спрыгнула на дорогу.
— В Тастюбе нет восьмого класса. Где ты будешь учиться на следующий год? — спросил Сатай, прежде чем проститься.
— В районном центре.
— Значит, будем учиться вместе,— заметил Сатай с удовольствием.
— А пока до свидания.— Рабига помахала ладошкой в красной варежке.
— Погоди,— сказал Сатай и подумал: Что же еще у нее спросить? — Ты боишься смерти? — спросил он.
— Что ты имеешь в виду? — удивилась Рабига.
— Ну, думала ты о том, что вот умрешь и больше тебя никогда не будет?
Рабига склонила голову к плечу и посмотрела на Сатая.
— Ты какой-то чудной, Сатай,— произнесла она с недоумением.— Разве об этом думают?
— А я взял и подумал,— заявил Сатай с гордостью.
— Просто тебе нечего делать. Вот ты об этом и думаешь от скуки,— сказала девочка.
— И вовсе нет.
