Выставочный салон Большая стройка предлагает строительные материалы - газобетон, кирпич фасонный и облицовочный, черепицу, гидроизоляцию. Также занимается строительством бассейнов, продажей систем очистки питьевой воды.
И полдомасовцы, глядя на Кулькова — человека хитрого, пронырливого, видящего на три сажени под землей,— спешно приступили к ликвидации своего хозяйства, угоняя лошадей на базар, коров под нож, и разом, в один день, двинулись в колхоз.
— Сто процентов с лишним,— хвалился Кульков в райкоме.— Знамя красное нам. Мы за знамя в огонь полезем...
— ...Гнило... гнило у тебя в районе, товарищ Шилов,— сказал Кирилл.— Что Кулькову за лошадей сделали?..
— Судили. Три месяца принудиловки приварили с отработкой в колхозе. Да и как осудишь? Хозяйственно поступил.
— В этом и беда: думать ты стал последнее время не тем концом. По-другому бы думал — нашел бы, за что приварить Кулькову.
— Зря ты на него, ангелочек... Право же слово... Эй, Бритов! Бритов!— закричал Шилов и попросил Кирилла захватить человека, шагающего по тропе вдоль шоссе.— Спасение наше... секретарь полдомасовской ячейки. Садись, Бритов, садись.
— Полдомасовский?— спросил Кирилл.
— Нет. Присланный.
Бритов, обозленный, с воспаленными глазами, рябой, как вафля, сел рядом с Шиловым и заговорил резко:
— Настроение у нас, товарищ Шилов, адское, паническое!
— Постой. Ты по порядку. Где был, что у вас там творится? Кто на кого пошел? По порядку, ангелочек.
— Я ездил в край на совещание колхозов. А что творится у нас там, конкретно не знаю. Возможно, что и восстали. Вполне возможно!
— А как же вот ты идешь один туда? Ты по порядку, пожалуйста, ангелочек.
— Они меня боятся, как овцы. Когда колхоз создавал, как шугнул — загремели пятками. На отруба хотят. Мы им покажем отруба,— проговорил Бритов и потянулся к Кириллу.— Что ты говоришь, товарищ?
— Я говорю, это кулак хочет на отруба.
— Хе, сказанул! Ты что, с луны свалился? Мы всех кулаков давно к ногтю.
— Чудак! Так может и бедняк и середняк сказать, но мыслишку-то ему подбросил другой. Погоди, не торопись,— остановил Кирилл.— Кулак на селе — маяк. Маяк в бушующем море: миллионы мелких хозяйчиков устремлены к этому маяку, как рыбаки, застигнутые бурей. Большинство из них разбиваются вдребезги и все-таки стремятся, потому что ничего лучшего не знают.
