И как все люди, поздно начавшие курить, курил жадно, много, до сотни папирос в день, а окурки бросал куда придется, тыча их в чернильницу, в чайное блюдце, вообще во все, что попадалось под руки, но почему-то всегда обходил пепельницу и на замечание Стеши, усмехаясь, прося прощения, говорил: Ты уж прости мне эту слабость. Какая-нибудь слабость да должна быть у человека,— забываю.
Стеша убрала окурки, открыла форточку, чтоб гарь от табака вытянуло на улицу, и перелистала ту книгу, которую вчера читал Кирилл. Название книги для Стеши было совсем незнакомо: Врубовые машины. Но она запомнила его, решив, как только дочитает свою, приняться за эту... и на миг остановилась: Кирилл в чтении книг обогнал ее уже намного. Она вытащила из стола записку и, перечитывая названия книг, ужаснулась: Кирилл за два года обогнал ее на сто двадцать книг, а эта, Врубовые машины, будет уже сто двадцать первая. Причем иные книги он читает по два-три раза и что-то всегда подчеркивает на страницах, что-то выписывает на специально приготовленные карточки. Стеша читает не так. Она еле успевает раз прочесть книгу — и то иногда, дочитывая до конца книгу, она совсем не понимает смысла. Читает, перед глазами проходят слова, фразы, листаются страницы, а смысла никакого. Вот недавно она взяла книгу, уже прочитанную Кириллом: Синдикаты и тресты капиталистического Запада — и ничего не поняла. А ведь Кирилл несколько раз, потрясая книгой, говорил: Вот это здорово написано. Прямо замечательно — глаза открываются на всю мерзость капитализма.
Да, Стеша не понимает этих книг и читает больше художественную литературу. Она ей доступна и более понятна, она ее волнует, заставляет вместе с героями страдать, мучиться, веселиться, радоваться. Об этих книгах Стеша иногда заводит разговор с Кириллом. Но он, чудачок какой-то, всегда улыбаясь на вопросы, говорит: Владыко, после одиннадцати ночи — время мое. Не воруй его у меня своими расспросами. Вот за обедом давай поговорим. Мне ведь нельзя быть теперь нутряком (так он называл всех даровитых, но безграмотных самородков).
